Техника-молодежи №8 2000 г
 
 
ГЛАВНАЯ
СОДЕРЖАНИЕ
ВПЕРЕД
НАЗАД

Взяться за перо меня заставила статья В.Ростковского «Кто и когда стал отцом кибернетики...» (№ 6 за 2000 г.). Уж если восстанавливать историческую правду, то лучше делать это целиком, а не выборочно, иначе получается лишь полуправда.

НЕТ пророка в своем отечестве,

или еще раз об отцах кибернетики


Не подвергая сомнению приоритет российских ученых в данной области, можно, однако, более внимательно отнестись к выбору «главных героев». Так, академик РАН Н.Н. Моисеев в своей книге «Алгоритмы развития» (1987) называет, по крайней мере, два имени - П.К. Анохина и А.А. Богданова. Автор, в частности, пишет:

«Еще за 15 лет до Винера П.К. Анохин также утверждал, что наличие отрицательных обратных связей, обеспечивающих устойчивость организмов, - это то самое главное, что присуще жизни, что создает у живых существ целеполагание - стремление к сохранению гомеостазиса, что отличает жизнь от процессов, протекающих в неодушевленной природе. Ученики П.К. Анохина считают именно его зачинателем современной биокибернетики.

Но, по-видимому, ни П.К. Анохин, ни Н.Винер не были правы. Правильную точку зрения первым высказал, скорее всего, А.А. Богданов, который еще в 1911 году занимался проблемами организационных структур. Его книга «Всеобщая организационная наука, или Тектология» написана довольно архаичным языком... Однако, если перевести рассуждения А.А. Богданова на современный язык, можно будет сказать, что он утверждал, что для развития организации любой природы необходимы не только отрицательные, но и положительные обратные связи. Любая организованная система, любое живое существо в частности, если присмотреться внимательно к его деятельности, проявляет способности реализовывать оба типа обратных связей».

Биографическая справка:

АНОХИН Петр Кузьмич (1898- 1974).

российский физиолог, академик АН СССР (1966) и АМН (1945). Фундаментальные труды по нейрофизиологии - механизмам условного рефлекса и внутреннего торможения, онтогенезу нервной системы и др. Изучал деятельность целостного организма на основе разработанной им теории функциональных систем (начиная с 1935). которая внесла вклад в развитие системного подхода в биологии и кибернетики. Ленинская премия (1972).

БОГДАНОВ (наст. фам. Малиновский) Александр Александрович (1873-1928),
политический деятель, врач, философ, экономист. Член Российской социал-демократической рабочей партии в 1896-1909, большевик, с 1905 член Руководства группы «Вперед». Автор утопических романов «Красная звезда», «Инженер Мэнни». С 1918 идеолог Пролеткульта. Основное сочинение - «Всеобщая организационная наука» (т. 1-2, 1913-17). Выдвинул идею создания науки об общих принципах организации - тектологии, предвосхитил некоторые положения кибернетики. С 1926 организатор и директор Института переливания крови; погиб, производя на себе опыт.

(Большая энциклопедия Кирилла и Мефодия 2000.)

 

Добавим к этому, что «тектология» Богданова (если рассматривать ее с позиций сегодняшнего дня) по существу и включала в себя основы кибернетики, системного анализа и синергетики, а в фантастическом романе «Красная звезда» (1908) он впервые описал компьютер (электронный мозг), управляющий космическим кораблем. Для сравнения, у А.Толстого в «Аэлите» (1922-1923) это делалось вручную... К сожалению, идейные разногласия помешали вождю мирового пролетариата разглядеть в творчестве Богданова положительное зерно. Вероятно, в этом и состоит одна из причин долгого забвения данного мыслителя и его частичной «реабилитации» только во второй половине 80-х. Если бы В.Ростковский указал политические взгляды и дату смерти Н.А. Белова, это, возможно, прояснило бы судьбу его работ.

Историко-научные исследования, вроде проведенных В.Ростковским, полезны и необходимы. Однако, поднимая престиж отечественных ученых, совсем не обязательно при этом принижать иностранных.

Хочу подчеркнуть: Норберт Винер никогда не был врагом нашей страны и никогда не пытался присвоить себе чужую славу. Напротив,посетив в 1960 г. СССР, он имел самые дружеские контакты с советскими учеными и высоко оценивал их деятельность. Неоспорим вклад Винера в борьбу за мир в качестве писателя и публициста. Известно, как негативно он относился к «бряцанию оружием» со стороны американских военных и политиков, как осуждал их высокомерное отношение к другим странам и народам. Сам Винер был чужд подобных настроений.

Возможно, читателю интересно будет узнать, что отец Норберта, Лев Со-ломонович Винер, эмигрировал в Америку в 1880 г. из Белостока (ныне - Польша, тогда - Российская Империя), впоследствии работал заведующим кафедрой славянских языков и литературы в Гарварде и даже перевел на английский язык полное собрание сочинений Л.Н. Толстого. Свои теплые чувства к России он передал и сыну.

Факт ссылки в «Кибернетике» и других работах на А.Н. Колмогорова нельзя рассматривать иначе как положительный. Разумеется, если бы Винер знал о работах других российских предшественников, а тем более как-то использовал их идеи в своей работе, он сослался бы и на них. Очевидно, он о них просто не знал. Нелишним будет напомнить, что в 1912 г., когда Н.А. Белов делал свой доклад в Париже, Винеру было всего 17 лет, он учился в Гарварде и ни о какой кибернетике еще не задумывался. Когда же дошла очередь до нее... Ну можно ли всерьез требовать от математика знакомства с трудами конференции врачей по сравнительной патологии 35-летней давности?! Скорее, уместнее задаться вопросом, почему за все это время высказанные идеи не получили должного внимания и практического развития, и прежде всего - в своем родном Отечестве.

В.Ростковский сетует на то, что молодежь одурманена иностранной пропагандой. Нельзя отрицать, что многие молодые люди лучше знают своих западных кумиров, чем великих людей собственной страны. Однако к вопросу об отцах кибернетики это замечание никакого отношения не имеет, скорее, напротив. Ведь и предыдущие поколения практически ничего не знали о российских предшественниках Винера!

Вероятно, о них не знали даже советские ученые 50-60-х, иначе непременно сообщили бы ему, и в переизданиях «Кибернетики» появились бы новые ссылки. Безусловно, советская власть имела достаточно времени и возможностей, чтобы официально установить приоритет отечественных ученых (как это было сделано во многих других областях науки), но почему-то не захотела. Возможно, потому, что это значило бы также признать свое историческое упущение.

Теперь о работах Н.А. Белова. Следует подходить с осторожностью к такому термину, как «закон», поскольку он открывает широкие возможности для интерпретаций и игры слов. Сравним, к примеру, словосочетания: закон Ньютона, закон диалектики и закон бутерброда... Насколько можно понять из статьи В.Ростковского, то, что открыл Белов, сегодня мы назвали бы «триггерным эффектом». Такой эффект действительно наблюдается во многих системах - живых и неживых, однако возводить его в ранг закона лично мне кажется преувеличением. Читал ли М.А. Бонч-Бруевич опубликованную в 1912 г. работу Белова, прежде чем создать в 1918-м свой электронный триггер, или причинно-следственной связи тут нет, а есть лишь хронологическая последовательность независимых друг от друга событий, из статьи В.Ростковского понять невозможно. Кстати, триггер вовсе не является обязательным элементом вычислительных машин, даже электронных, хотя бы потому, что, наряду с цифровыми ЭВМ, существуют (и раньше более активно использовались) аналоговые машины; не будем также забывать про машины механические, гидравлические и т.п.

В любом случае, никакая наука не может быть построена на одном открытии, одном законе, одной формуле. Попытка объяснить ВСЕ чем-то ОДНИМ, конечно, представляет собой большое искушение, но, скорее, способна завести в тупик, нежели открыть истину. Подобный взгляд зачастую приводит к отбрасыванию или искажению всех фактов, не укладывающихся в схему. Не будем также забывать, что представления о научной строгости, экспериментальной и теоретической обоснованности концепций не только различаются в зависимости от того, о какой научной дисциплине идет речь, но и существенно меняются от эпохи к эпохе.

Норберт Винер действительно не оставил после себя какой-то ОДНОЙ, универсальной, формулы. Напротив, наследие Винера чрезвычайно разнообразно, и есть МНОГО вещей в науке, связанных с его именем: винеровский процесс, уравнения Винера-Хопфа и т.д. Следует отметить, что вопросы нейрофизиологии были для Винера вторичны: начинал он с задач управления зенитными комплексами во время войны и в дальнейшем живые организмы рассматривал в основном как прототипы для создания более совершенных машин, систем связи и т.п.

Что касается загадочной «формулы Белова» для человеческого организма, то она, по определению, не может быть универсальной, но лишь приближенной эмпирической. Хотя бы потому, что каждый из нас уникален, у каждого своя цепочка ДНК, определяющая развитие организма от рождения до смерти, располагающая к одним болезням, предотвращающая другие и т.п. В начале века об этом, конечно, еще ничего толком не было известно.

В заключение остается посетовать: до каких пор приоритет наших ученых будут доказывать историки, а не практики? Почему передовые идеи отечественных ученых обнаруживаются на пожелтевших страницах в пыльных архивах, а не в реальных делах, массовом применении, повышении уровня жизни граждан, так, чтобы и вопросов никаких не возникало? И ведь продолжается это не один век...

Алексей Лебедев,
кандидат физико-математических наук.

на предыдущую страницу к началу этой страницына следующую страницу