Техника-молодежи №5 2000 г
 
 
ГЛАВНАЯ
СОДЕРЖАНИЕ
ВПЕРЕД
НАЗАД

Увеличить
1. Дом Гиммлера. 2. Рейхстаг. 3. Бранденбургские ворота. 4. МИД. 5. Рейхсканцелярия. 6. Министерство ВВС. 7. Посольство СССР.
Увеличить

Рубрику ведет заслуженный изобретатель РСФСР, доктор технических наук, профессор Юрий ЕРМАКОВ


К 55-летию
Великой Победы


ПОСЛЕДНИЙ ШТУРМ

Итак, наши читатели-изобретатели, перенесшись с помощью некоей «машины времени» в славный для истории Отечества победоносный год, в весну 1945-го, заканчивают штурм цитадели нацизма вместе с советскими гвардейцами, кстати, реальными прототипами героев романа Эм. Казакевича «Весна на Одере («ТМ», № 2 за 2000 г.).

«А знаете, я видел Льва Толстого... » Командующий 33-й армией 1 -го Белорусского фронта, генерал-полковник В.Д. Цветаев (17 апреля 1945г.)

В эти апрельские дни самая молодая на Днепровской флотилии 3-я бригада речных кораблей, сформированная зимой 1945-го, сосредоточилась поблизости от Фюрстенберга, города на западном берегу Одера, еще удерживаемого гитлеровцами. От него до столицы «третьего рейха» Берлина меньше 100 км, здесь начинается канал Одер - Шпрее, ведущий прямо в Берлин (рис.1).

Фюрстенберг представлял собою крепость, с трех сторон окруженную водами Одера и канала. Немцы сильно укрепили его. В ходе наступления нашим войскам не удалось форсировать Одер напротив города. Они смогли с помощью флотилии лишь захватить небольшие плацдармы севернее и южнее него. Первый держали части 33-й армии и морская пехота, второй - рота морских пехотинцев.

Водяные
К югу от Франкфурта, по обе стороны Одера, тянется невысокая, метров в десять, дамба, предохраняющая поля от разливов и регулирующая течение реки. Она - старой работы: нависшие угловатые ветлы, растущие у ее подошвы, достигают иногда двух обхватов. Сейчас в изрытой дамбе на противоположном берегу расположилась наша дивизия. Сражение за нее было жестоким. Километрах в полутора выше немцы взорвали плотину, и вода хлынула на захваченный нашими частями луг. Поступил приказ: выбить немцев с плотины и заделать брешь. Переброску автоматчиков ведут на автомобилях-вездеходах ГАЗ-67Б, образца 1944 г. Уступая американским «Виллисам» по технической законченности, скорости, удобству управления, они превосходили их по неприхотливости в обслуживании, тяговым усилиям (на 30% больше), а главное, по проходимости. Газик преодолевал короткие подъемы до 42°, а с 45-мм пушкой на крюке - до 31°, проходил броды почти до 1 м глубиной и шел по бездорожью без переключения передач со средней скоростью 25 км/ч. Но эти, что шли сейчас в атаку, вообще не поддавались никаким сравнениям. Полуплыли, полукатили по болотистому лугу с облепившими их моряками и десантниками. У странных газиков - мини-вездеходов мичмана Е.А. Фаянса, вместо скатов вращались, как турбины, ободы с крылышками (рис.2,а). Роторным движителем называет свое новшество Фаянс (полезная модель РФ № 3920,1997 г.). Идея пришла из критики колесных пароходов и судов на подводных крыльях. Да, нынешние изобретатели не боятся поднять руку даже на генерального конструктора, самого Ростислава Евгеньевича Алексеева: мол, пассивны «его крылья», для выхода на них из воды аппарату требуется разгон до глиссерной скорости. Цитирую мичмана: «Предлагаю гибрид колеса и крыла. Для этого крылья 1 надо расположить на вращающемся диске 2. Тогда глиссирующий эффект будет получен с гораздо меньшими энергозатратами - разгоняться до выталкивающей (подъемной) силы Fn будут лишь сами крылатые роторы, а не вся масса судна».

Генералы наблюдают в бинокли, как развивается атака, - бой местного значения, напишут в газете. Немцы бьют из шестиствольных минометов. Фонтаны воды и грязи стенами встают в залитой одерской пойме, но проворные вездеходы, маневрируя галсами, по-морскому, уходят из-под прицельного огня, неумолимо приближаются к бетонной плотине. «Понятно, не хочется пехоте прыгать в холодную грязь. Что ж, поможем им. Вдарь-ка по минометной батарее»,- говорит командарм 33-й начальнику артиллерии. Огненные стрелы «катюш» вздымают за плотиной море огня и дыма.

Мичман Фаянс - давний друг «ТМ». Он помнит жаркие дискуссии на журнальных страницах в 1970-е гг. о перспективности колесных судов. Дело дошло даже до постройки малой серии «лаптеходов» для мелководных рек. Затем разговоры поутихли, и перспективнейшая тема незаслуженно была забыта. Докладывая изобретение Техническому совету флотилии, он объективно оценил новизну своих роторов: «Считаю своим долгом предупредить вас, что сами роторы были уже известны в технике. Например, аппарат «водомерка», бегающий по воде на четырех наклонных пропеллерах от самолета Ан-2. Об этом, кажется, писал журнал «Техника—молодежи». Или экраноплан самолетного типа с роторами, практически не отличающимися от моих. Его автор — радист с полярной станции. Наслышан я и о других подобных конструкциях». Слово взял эксперт: «Водомерка», о которой вы говорите, является гидролетом. Его разработчик, Алексей Степанович Бакшинов,— конструктор Магнитогорского металлургического комбината. Он оснастил свой аппарат 140-сильным

двигателем со спортивного самолета, а испытания проводил в 1968 г. на заводском пруде, в Магнитогорске». Кстати, вот как описал это событие сотрудник газеты «Магнитогорский рабочий» В.Мозговой: «Утро было прозрачное и ясное, какое бывает только в погожие дни поздней осени. По Центральному мосту, соединяющему берега широкого заводского пруда (один из них находится в Европе, другой — в Азии), катили трамваи. С моста открывался привычный для магнитогорцев вид: домны, мартены, цехи гиганта-комбината. Все было знакомо, привычно, как вдруг по воде пробежало нечто о четырех ногах, этакий гигантский «паук» (рис.3). Рыболовы забыли про удочки, трамваи остановились, пассажиры прильнули к окнам». Это пробежал гидролет. Через три года после испытаний, 31 августа 1971 г., Бакшинову было выдано авторское свидетельство № 312788. А ведь сама заявка на гидролет была подана им еще в 1961 г., и ей предшествовал многолетний труд по изготовлению сотен моделей из дерева, пластмасс, проволоки. Толчком же к созданию «бегущей по волнам» тоже послужила критика подводных крыльев. Их сопротивление резко возрастает на глиссирующих скоростях. Да и стойки их режут воду и тормозят ход; пропеллеры же гидролета, попутно отталкиваясь от среды с полезной силой весел, кролем гонят его со скоростью торпедного катера — свыше 70 км/ч. И это при том, что мощность аппарата, напоминаем, — 140 л.с., в три раза меньше мощности гоночных катеров с винтом.

Итак, эстафета Р.Е. Алексеев —А.С. Бакшинов — Е.А. Фаянс продолжается с интервалами в десять лет — публикация о том гидролете была действительно в «ТМ», № 6 за 1982 г. А в октябре 1990 г. Алексей Степанович испытал — нет, не гидролет,— настоящего монстра, танколет водоизмещением 12 т, с тремя двигателями общей мощностью 800 л.с. (Напомним, что, например, танк Т-34 имел мощность 500 л.с.) Сегодня идею «бегущей по волнам» развивает инженер Е.А. Фаянс: на рычаге 1 установил электромоторчик с турбинкой 2 и окунул ее в ванну с водой (рис.2,б). Конец рычага подвесил к пружинному динамометру 3 и определил удельную по тяговой силе F мощность ротора — 100 Вт/кг. Другими словами, чтобы всплыть аппарату массой в тонну, нужен двигатель 100 кВт. Учитывая собственную плавучесть корыта — так условно назовем герметичный кузов, потребная мощность будет, по крайней мере, вдвое меньше. Потому и несут сейчас газики на турбоколесах морскую пехоту к плотине, оставляя на высоких местах характерный «фаянсовый» след в елочку.

Пехота, уже по колено в воде, штурмует проходы в плотине. Чтобы разрядить напряжение, командарм В.Д. Цветаев, седой и стройный человек, с интеллигентным чеховским лицом, даже несколько застенчивым, говорит: «А знаете, я видел Льва Толстого. Мой отец был начальником железнодорожной станции неподалеку от Ясной Поляны. Толстой почти каждый день приезжал на станцию верхом за газетами. И каждый день я, мальчишка, выбегал на крыльцо, чтобы встретить его. Он ездил на маленькой лошаденке. Не успею я сказать: «Здравствуйте, Лев Николаевич», как он уже снимает шляпу и легкими, быстрыми шагами идет к станции». И всем, находящимся на командном пункте, упоминание о Льве Толстом кажется таким уместным, таким понятным и таким трогательным, что вызывает огромный прилив сил и энтузиазма, ибо кто лучше Льва Толстого мог понять и воспеть величие битвы за счастье человечества?

Вечер на рейде
Одерский рейд речной — не морской. Корабли флотилии швартуются у кустов, в заводях, у удобных мелей, слегка уткнувшись в песок, чтоб сразу сняться с запуском дизелей. После ожесточенного боя немцев выбили, а брешь в плотине начали заделывать. Бетон возили на всех подручных средствах: лодках, мелкосидящих судах, катерах, амфибиях и каких-то причудливых плавсредствах. «Замучили изобретатели,— вздыхает начальник техотдела дивизии. — Как плотину прорвало, что сейчас заделываем. Все хотят внести свой вклад в победу ...Да что говорить — вон, видите? — указывает вдаль на водную гладь. — Чудо-юдо плывет! Тоже изобретение. Глиссер-Фишер или Фишер-глиссер, как хотите». Все вскидывают бинокли, куда указывает полковник: действительно, чудо-юдо. Плоскодонка с вращающейся бочкой на носу гонит перед собой почти прямой фронт волны (рис.4). Его хорошо видно и невооруженным глазом. По замыслу автора, О.К.Фишера, бочка — он называет ее барабан — должна быть эллипсоидальной формы (а.с. № 21710, 1931 г.), но в военных условиях приспособили то, что нашли — 200-литровую .цилиндрическую из-под бензина. Вот она и гонит волну по всему лугу, демаскирует себя, черт побери». «И как же вы на техсовете эту юду пропустили?». — «Да убедил нас, что есть еще и другое преимущество. Барабан, мол, как переднеприводной движитель потянет корыто по любому бездорожью, даже по болоту, в котором любой вездеход утонет». — «А если этот барабан пробьют пули или осколки? Не потащит ли он тогда лодку за нос на дно?». — «Не-е, наши мужики не лыком шиты: набили барабан пробкой со спасательных кругов. Фишер всех моряков обошел». — «фамилии какие-то странные у ваших изобретателей. Тот был Фаянс, этот — Фишер, рыбак, значит. Уж не из немцев ли, поволжских?». — «Да они у нас все давно обрусели, — заметил начальник политотдела. — Проверенные товарищи». Сам Фишер называет свой аппарат глиссером. Он осуществил вращение бочки от ванкеля с трофейного мотоцикла «БМВ» через цепную передачу.

«Есть тут у нас еще один изобретатель. Тярасов Герман Павлович. Вы, наверно, помните его прицеп к танку для десантирования пехоты («ТМ», № 4 за 2000 г.)? Сейчас он соревнуется с Фишером и Фаянсом по роторным движителям. Оригинальный человек. Критикует гребное коле ли кинофильм «Волга-Волга-старый пароход «Севрюгу», сев, у Елабуги?». — <А как же не помнить>. Все смотрели его помногу раз. Даже Рузвельт. «Почему Сталин прислал мне («Волга-Волга»)?» — спросил; своего советника Гарри Гопкинса, когда тот вернулся из Москвы (в 1942 г.) с подарком Главнокомандующего. Гопкинс не мог тол ком объяснить. «При втором просмотре-вспоминает режиссер Г. В. Александров,-когда тщательно отредактировали реплики, по возможности точно сделали перевод песен на английский язык и прозвучали куплеты лоцмана: «Америка России подарила пароход — с носа пар, колеса сзади, и ужасно, и ужасно, и ужасно тихий ход!», Рузвельт воскликнул: «Ну вот, Сталин намекает, что мы ужасно затягиваем дело с открытием второго фронта!».

Лейтенант Тярасов предложил оснастить гребное колесо свободновисящими ковшами (рис.5). Маятниково-ковшевым движителем назвал он свое изобретение. Если принять наружный диаметр колеса с ковшами в полтора метра — обычный для гребных колес, то для скорости судна 80 км/ч ковши должны обегать 300 оборотов в минуту. Тогда, по замыслу изобретателя, они под действием центробежных сил займут радиальное положение и будут грести лучше плицев «шлепохода», плавно входя и выходя из воды (рис.5,а). «Видите, какой он сконструировал глиссер (рис.5,б)! С движителем на носу. Как у Фишера, только с ковшами». — «И что же?»! — «Отклонили. Очень экзотичен. Не для военного времени».

Вскоре после того, как пролом был заделан, на плацдарм доставили фильм «Сердца четырех». Эта комедия режиссера К.К. Юдина была закончена в канун войны, но выпустили ее в прокат только зимой 1945-го. Главную роль доцента МГУ играла «девушка с характером» Валентина Серова. Стемнело. Зрители расположились на плотине. Но где же расположить экран? Луг обстреливался немцами, а лучшим указателем цели, чем освещенный экран, и не придумать. Как нарочно, немцы что- то почувствовали и начали обстрел. Неужели же отправлять фильм обратно? Выход нашелся. Экран укрепили среди лоз на воде, на Одере. Включили движок, и все забыли про войну. Перед зрителями разворачивалась незатейливая история любовных ссор, недоразумений и обязательного примирения. Солнечные зайчики на веранде дачи, нарядная скатерть, а за столом вся семья в сборе. Ласковая прохлада леса, тишина над рекой... фильм заглушался звуками стрельбы, него восполняли воображением, щемящим воспоминанием о мирной жизни.

Берлин с поклонной горы
Пятый день наступления, пятница 20 апреля 1945 г. Ясное солнечное утро. Все дни было пасмурно, слякотно, а тут такое праздничное солнце. Перед наступавшими с Зееловских высот войсками предстал, как на ладони, огромный город, раскинувшийся широко, по всему фронту. К Берлину лучами тянулись асфальтовые дороги, разбитые гусеницами танков и штурмовых орудий отступавшего противника. Дороги пересекала магистраль, которая кольцом опоясывала город.

Накануне комиссар города Геббельс заверил берлинцев: «Будьте спокойны, фюрер знает что делает; фюрер готовит новое, доселе невиданное оружие, которое решит исход войны против русских. Это случится 20 апреля, в день рождения фюрера». В 11 ч 30 мин 1-й артдивизион майора А.И.Зюкина 30-й гвардейской артбригады 47-й армии открыл огонь по столице рейха. Первым советским снарядом, разорвавшимся в городской черте Берлина, был снаряд 122-мм пушки образца 1931/37 гг.дальность стрельбы которой составляла 20 км. Орудие и карта с указанием координат огневой позиции и обстреливаемого участка ныне хранятся в Военно-историческом музее артиллерии, инженерных войск и связи в Петербурге.

Открыли огонь и артиллеристы 3-й ударной армии. Из тяжелых 280-мм орудий полетели огромные, весом в 246 кг, снаряды. На первом красной краской было написано: «По логову врага, по Берлину!». На других мелом: «Привет от сталинградцев!», «Гитлер, держись!». Немецкая столица горела. Клубы черного дыма поднимались отовсюду и собирались над нею в громадное тяжелое облако. По Берлину били многие тысячи пушек, и Берлин отвечал тысячами мин и снарядов. Берлин, казалось бы, совершенно «сухопутный» город, на самом деле весь изрезан водными путями. Причудливыми петлями, раздваиваясь в центре города, проходит с востока на северо-запад Шпрее, Параллельно ей, южнее, тянется канал Ландвер. Еще южнее — канал Тельтов, а возле северных окраин проходит канал Берлин — Шпандауэр к реке Хафель. И еще множество малых каналов и канав, связывающих крупные водные пути в единую транспортную сеть.

Путь из славян в тевты
(Тевты - русское произношение немецкого «тойче» (немцы), позже тевтоны, тевтонцы.)
Для форсирования с ходу водных преград в столице Германии командование 1 -го Белорусского фронта выделило в помощь 5-й ударной армии генерал-полковника Н.Э. Берзарина отряд полуглиссеров 1-й Бобруйской Краснознаменной бригады Днепровской флотилии. Этот отряд под командованием лейтенанта М.М. Калинина был придан 9-му стрелковому корпусу генерала И.П. Рослого. Каждый полуглиссер с экипажем из двух человек — командира-рулевого и моториста-пулеметчика — мог взять на борт с десяток бойцов. Ночью 21 апреля на берегу Варты матросы грузят катера на «студебекеры» и ЗИС-5. Уступая американцам по мощности (73 л.с. против 95) и запасу хода (250 км против 390), ЗИСы превосходят их по грузоподъемности — 3 т против 2,5. Справедливости ради отметим, что «студебекеры» и «интернейшнлы» имели достаточный запас прочности и порой эксплуатировались с нагрузкой до 5 т.

Водитель ЗИСа сержант В.А. Андреев, зацепив крюк за корму катера, идет к своему грузовику, разматывая трос «шарманки». «Связь тянешь, что ли?», — спрашивает его матрос, принявший трос за телефонный провод. «Ага. Сейчас увидишь, какую»,— и подымается по мосткам на борт (кузов машины). Там он крепит лебедку за серьгу и командует: «Поддерживайте корабль, ребята. Начинаю погрузку». Андреев крутит рукоятку аппарата (рис.6, а). Катер медленно кормой вверх ползет по мосткам.

Матросы экипажей, дружно затаскивавшие другой полуглиссер на «студебекер», столпились у ЗИСа. Пока они, разинув рты, смотрят, как один человек управляется с двухтонным катером, бегло ознакомимся с лебедкой Андреева (а.с. № 639804, 1977 г.). Удивляет, нет, поражает отсутствие зубчатых колес (рис. 6, б). Вместо них гладкие диски и рычаги. На валу 1, который сейчас крутит автор, жестко закреплены два противоположно направленных эксцентрика 2. Вращаясь, они поочередно качают подпружиненные рычаги 3, оси которых установлены на кривошипах 4. Сами кривошипы расположены по бокам канатного барабана 5. Барабан имеет на торцах кольцевые ободы. Их снаружи и изнутри обхватывают по два ролика 6 каждого рычага. Когда рычаг отклоняется эксцентриком, ролики заклинивают обод и, как клешней, поворачивают барабан; при ходе назад ролики освобождают обод. В это время другая жесткая парочка тянет, вращает канатный барабан. Так поочередно, импульсами, качающиеся рычаги поворачивают канатный барабан. Предусмотрено его стопорение и свободное вращение для разматывания каната. Махонькая, в пять спичечных коробков самый большой ее размер, лебедка бесшумно развивает усилие в сотню раз больше своего веса (5 кг) на длине троса в 100 м! Эксперт из техотдела флотилии сам видел на ВДНХ, как она тянула «рафик» с пятнадцатью набившимися в него добровольцами. «Доброе дело, — одобрил лебедку командир М.М. Калинин — Давай, ребята, затаскивайте ею остальные катера». Свои лебедки «студебекеров» располагались на переднем бампере, но перебросить трос с них в обратную сторону, на кузов, — неразрешимая проблема.

Погрузка пошла быстрее. Светало. Катеры накрыли маскировочными сетями. Раздается команда строиться в колонну. Водители запускают двигатели. Для ЗИСов это всегда было проблемой: то аккумулятор сел, то стартер отказал. Вот и приходится крутить коленвал вручную. Бывали случаи, когда на лютом морозе гнулись и даже ломались заводные ручки. Владимир Алексеевич (Андреев) быстро вращает рукоятку приспособления на радиаторе автомашины (рис. 7, а, продольный разрез и вид сбоку). Матросы с интересом наблюдают — и тут лебедку приспособил! Но «левша», хоть и горазд на выдумки, не чурается чужих изобретений — это устройство для запуска двигателя М.А. Рвачева и других из Винницкого политехнического института (а.с. № 1576711, 1990 г.). «Я вращаю вал с шестерней 1, а она через зубчатый венец — барабан 2 со спиральной пружиной 3. Второй ее конец закреплен на полом валу 4, который сейчас застопорен храповиком 5. В него упирается острие рычага 6, удлиненного монтажной лопаткой. Внутри полого вала проходит стержень 7 со штырем на конце». Закрутив до предела спираль, Андреев нажимает на головку стержня 7 и вдвигает его до упора в гнездо коленвала. Затем он отводит эксцентрик 8, рычаг 6 и освобождает храповик. Полый вал со стержнем начинает вращаться от взведенной пружины, раскручивая коленчатый вал двигателя. Двигатель схватывается, вот-вот заведется, но ему что-то не хватает. Андреев знает что, и рукояткой помогает пружине. Мотор заработал уверенно и бесперебойно. «Теперь не остановишь, даже выключив зажигание».

«Студебекеры» запускаются по такой же системе — от спиральной пружины 1 в барабане 2 с зубчатым венцом (рис. 7,6). Барабан заводится шестеренкой 3 от кривошипно-коленного механизма 4, приводимого в действие эксцентриком 5. Другой конец спирали закреплен в полом валу 6, который охватывает коленчатый вал двигателя. Эту конструкцию (патент США № 3692010, 1972 г.) винницкие авторы взяли за прототип. Выбросив сложные механизмы взведения пружины и запуска от нее — у американцев они встроены для автоматической заводки пружины от работающего двигателя (через обгонную муфту), — наши в 7 раз сократили число деталей (20 вместо 140) и выполнили устройство автономным, считай, одно на всю автомобильную роту.

Рассвело. Автомашины выстраиваются в колонну и трогаются в путь. Уже в пути колонна была замечена с воздуха. Четыре бомбардировщика, один за другим, с большой высоты сбросили бомбы, но не попали в цель. Краснофлотцы не растерялись и открыли по самолетам пулеметный огонь с катеров. Один «юнкере» был подожжен. Фашистский летчик выпрыгнул с парашютом и сдался в плен. Гвардейцы-танкисты, следовавшие за колонной и видевшие, как смело действовали матросы, подбежали к машинам. «Молодцы, моряки, не растерялись!». Сержант в комбинезоне протянул гитару: «Держите на память от танкистов». Командование танковой части составило акт о сбитом самолете и вручило его лейтенанту М.М. Калинину.

Бои в столице рейха
Воскресенье 22 апреля. Прекрасный солнечный день. В войсках царит небывалый подъем: вся страна, весь народ, все прогрессивное человечество торжественно отмечают 75-летие со дня рождения В.И. Ленина, вождя первого в мире социалистического государства. Успешное'наступление трех армий — 3-й и 5-й ударных и 8-й гвардейской, близость победы наполняют невиданной богатырской силой, суворовской силой, войска, неудержимо рвущиеся к сердцу фашистского Кащея.

Части 9-го стрелкового корпуса И.П. Рослого, наступающего на левом фланге 5-й уд. А строго на запад, прорвались к Шпрее в районе Клингенберга — Звонкой горы, романтики все же эти немцы. Воинам предстояло форсировать реку, затем идти на Трептов-парк. Позади громадой высится здание крупнейшей электростанции Румельсбург, которую удалось захватить без единого разрушения (не без помощи успешно действовавшей там группы Сопротивления).

Форсирование Шпрее было намечено на час ночи 23 апреля. «Обращаю внимание моряков, — говорит комкор, — на необходимость стремительной переправы войск для первого броска. Учтите, времени на подготовку у вас очень мало».

В полночь автомашины тремя группами скрытно выдвинулись из Карлсхорста — Гнезда Карла (Габсбургского) к пунктам переправ: районы верфи, ресторана и купальни Вильгельмстранд (пляж Вильгельма). Первый ЗИС осторожно подогнали задним ходом к самой кромке воды. Бойцы дружно помогли сгрузить полуглиссер, спустить его на воду. Катер имел номер 111. Его командир, старшина 1-й статьи М.Т. Сотников установил на корме флагшток с флагом. Впервые в истории наш военно-морской флаг поднят в германской столице! Сотников и моторист заняли свои места. Не мешкая, автоматчики набились в полуглиссер, заняв пространство позади рулевого и в носовой части, над мотором. «Хватит! — скомандовал наблюдавший за посадкой лейтенант Калинин. — Одиннадцать бойцов!». И сам шагнул на борт. «Пошли!». Рокотнув мотором, «сто одиннадцатый» рванул от берега. Забелел пенный бурун, затрепетал на ветру флаг. Началась переправа. Немцы выбросили осветительные ракеты, открыли отчаянный огонь. К Шпрее выдвинулись истребители танков «Фердинанды». Бой разгорался. На рассвете сражение приняло особо ожесточенный характер. «Фердинандам» удалось прорваться непосредственно к Шпрее и бить по буксируемым паромам. Посреди реки, медленно сносимый течением, плыл паром с горящим танком, над которым подымались космы черного дыма. Катера-буксировщика рядом не было. На выручку пришел катер ПГ-117, который готовился принять очередной десант. По приказу лейтенанта Г.С. Суворова старшина 1-й статьи Г.П. Казаков отставил погрузку на свой катер и устремился к парому с танком и людьми. Успели. Пламя сбили газогенераторами, разработанными в Научно-производственном объединении «Алтай» (патент РФ № 2035217,1995 г.). В его цилиндрическом корпусе из композитного материала 1, жестко стянутом с торцов крышками 2, расположен кольцевой заряд твердого топлива 3 (рис.8). Корпус имеет пористую структуру, а заряд — радиальные каналы. Воспламенитель 4 срабатывает от пиропатрона 5 и поджигает топливо. Образующийся при горении нейтрализующий газ под большим давлением выбрасывается наружу. Семь авторов разрабатывали этот газогенератор, «опираясь» на заявку Японии № 57-46368, 1982 г. и конструкции твердотопливных ракетных двигателей. Мощное действие энергии огромной концентрации позволило всего лишь двумя шашками сбить пламя с танка.

Катерники, маневрируя под интенсивным вражеским огнем, сняли с парома бойцов и раненых танкистов. Старшина Г.П. Казаков, в числе других краснофлотцев бригады, был удостоен звания Героя Советского Союза.

Тем временем сосед 5-й уд. А справа — 150-я стрелковая дивизия 3-й уд. А прогрызает Берлин по северным кварталам и выходит к каналу Берлин — Шпандауэр. Канал начинается в излучине Шпрее, прикрывающей правительственные кварталы центрального, самого защищенного участка обороны города «Z» («Цитадель», см. опять рис.1). Неширокий, но достаточно глубокий канал имеет высокие, облицованные гранитом берега и заминированный мост. Едва зашло солнце, артиллеристы открыли точный прицельный огонь по укреплениям противника на другом берегу, не давая фашистам поднять головы. Тем временем саперы батальона майора Ф.А.Белова быстро разминировали мост и заменили разбитые балки. Вперед устремилась пехота — кто по мосту, кто вплавь на подручных средствах. Вот группа бойцов, опережая бегущих по мосту, плывет на штурмовом плотике за счет реактивной струи газового баллона. Баллон лежит на настиле, его редуктор открыт, и из трубки со свистом вытекает газ. Гвардейцы правят саперными лопатками. Не успевших опомниться от мощного артиллерийского огня гитлеровцев выбивают нагрянувшие, как снег на голову, автоматчики. За пехотой, не мешкая, двинулись по мосту танки и артиллерия.

В уличных боях самым грозным оружием для танков оказались фаустпатроны. Подбитые именно ими машины составляли большинство из потерянных в боях за Берлин. И вот военные техники придумали защиту наиболее уязвимых участков танка и бензобаков. К корпусу привариваются кронштейны, на которые закрепляется на расстоянии 15 — 20 см от брони сетка из металлических прутьев (рис. 9, а). При ударе фаустпатрона о сетку гасится реактивная сила, а главное — фокус взрыва оказывается над броней и не причиняет ей вреда. На поверхности остается только след в виде небольшого оплавления. Военный совет армии поддержал эту инициативу, и вскоре на многих танках появились защитные экраны, изготовленные ремонтниками в походных мастерских.

Одна из таких экранированных «тридцатьчетверток» — «Брестская крепость»,— проскочив мост через канал, осторожно продвигается по Моабитштрассе (улице), поддерживая огнем автоматчиков. В глубине улицы возвышается баррикада Фаустхорст — Гнездо Фауста. Осколки снарядов и пули стучат по броне, недосягаемой для них. Но вот из баррикады замелькали белые хвостики дымов. Два фаустпатрона долетели до танка и, попав в его железные сети, не причинили броне заметных повреждений. «Вот тебе и фауст (кулак по русски), — доволен командир танка, старший лейтенант М.Титов. — Теперь мы вам покажем фауст!» — и, приоткрыв люк, выбрасывает дымовую шашку. «Скорость, скорость давай!», — командует он по переговорному устройству механику-водителю Н.Вихрову. «Выжигай фашистскую сволочь!», — стрелку-радисту. «Брестская крепость», проскочив под клубами дыма к баррикаде, открывает огонь из огнемета. Автоматический танковый огнемет образца 1942 г. АТО-42Б(Бурдакова) упрощенного типа, не имеет специального резервуара для огнесмеси. Вместо него используется штатный топливный бак 1 танкового двигателя (рис. 9,6). При огнеметании дизельное топливо из бака 1 подается в порционный цилиндр 2, откуда действием порохового заряда на поршень выталкивается в ствол 3 огнемета. Из дополнительного бачка 4 поступает загуститель (несколько процентов от объема основного компонента) для корректировки физико-химических свойств огнесмеси. Подача дизельного топлива к двигателю из бака автономна и не зависит от подачи к порционному цилиндру. Это изобретение (патент РФ № 2092773, 1997 г.) капитана Ю.С.Бурдакова — вы знакомы с его навесными кабинами к танку («ТМ», № 4 за 2000 г.) — особенно эффективно для уличных боев. Ведь в городских условиях передвижение техники незначительно — несколько километров в сутки. И излишки топлива в баках можно использовать для огнеметов, отказавшись от специальных громоздких резервуаров.

Гнездо Фауста пылает. «Брестская крепость» отходит назад, чтобы через дворы прорваться на другую улицу и зайти в тыл баррикады.

Хроника
Говорит Москва. От Советского информбюро: «Сегодня, 25 апреля, войска 1-го Белорусского фронта перерезали все пути, идущие из Берлина на запад, и соединились северо-западнее Потсдама с войсками 1-го Украинского фронта, завершив, таким образом, полное окружение Берлина».

В ставку Главнокомандующего. Телеграмма: «Небо — Военному Совету Докладываю двтчк сегодня 25 апреля в 18.00 по участку Кюстрин — Берлин открыто движение поездов до станции Берлин-Лихтенберг».

На бланке телеграммы маршал Жуков поставил единственное слово: «Молодцы». Как и обещал 31 января начальнику станции Кинитц-Кюстрин полковник Х.Ф. Есипенко, заместитель командира 89-й гв. сд., пассажирское сообщение с Берлином было возобновлено в кратчайшее время. Досрочно, до окончания войны. Сейчас 89-я дивизия наступает вместе с 11 -м танковым корпусом генерала И.И. Ющука вдоль обоих берегов Шпрее к острову Музеев (между двумя рукавами реки), сгоняя эсэсовские части в «Цитадель». Из четырех улиц острова две — Кайзер Вильгельмштрассе, продолжение Унтер ден Линден, идущей от Бранденбургских ворот, и Кенигштрассе (Королевская) — выходят, огибая вокзал Алекс, к площади Александерплац. К ней сейчас с восточной стороны пробиваются дивизии 5-й ударной армии Н.Э.Берзарина, а с юга к Ландверканалу выходят дивизии 8-й гвардейской армии В.И. Чуйкова. За каналом Тиргартен — Парк животных — прикрывает фашистский зверинец «Цитадель». Там царит смертельный ужас. Напряжение боев нарастает. Каждый дом, каждая квартира — рубеж смертников. Трусов и капитулянтов вешают. Цинизм фашизма превзошел все немыслимые пределы: в семьи повешенных приходят счета со сметой — 766 марок 80 пфенингов за каждого казненного.

Водрузить над Берлином знамя победы
Этот лозунг, взятый из речи Председателя ГКО на торжественном заседании Московского Совета депутатов трудящихся 6 ноября 1944 г.: «Товарищи! Теперь за Красной Армией остается ее последняя заключительная миссия: довершить вместе с армиями наших союзников дело разгрома немецко-фашистской армии, добить фашистского зверя в его собственном логове и водрузить над Берлином знамя победы», был в те апрельские дни самым популярным и точно отражал стремление воинов.

Днем 25 апреля 16-я воздушная армия нанесла по «Цитадели» два массированных удара: первый, с 13.00 до 14.00, — 896-ю самолетами, второй, с 18.30 до 19.30, — 590 самолетами. Операция была тщательно подготовлена. Наши истребители блокировали вражеские аэродромы. Командир 188-й бомбардировочной дивизии, Герой Советского Союза, гвардии полковник Пушкин докладывает по радио командующему С.И. Руденко: «Под крылом Берлин, объятый пламенем. Столбы дыма и гари поднимаются до 2 километров. В городе идут жаркие бои».

Ночью 600 Илов-4 18-й воздушной армии произвели еще один мощный налет на центр Берлина. Едкий дым стелется над столицей фашистской Германии. Его черные тучи закрыли весь горизонт, пылающий красно-желтым заревом многочисленных пожарищ. Воины без устали продолжают штурмовать врага, выбивают фашистов из зданий по красноармейскому правилу — «впереди граната, а потом ты». Наши солдаты в совершенстве овладели искусством боя и по-суворовски — «каждый солдат должен знать свой маневр» — бьют, не давая опомниться, фашистов.

Советское командование, не желая лишних жертв, ведет активную работу по прекращению бессмысленного кровопролития. Только с 16 апреля по 1 мая через окопные громкоговорители 5-й ударной армии было проведено свыше 1400 звукопередач. Бойцы придумали, как разбрасывать листовки с помощью винтовок. На ствол насаживалась ручная граната со свернутыми листовками вместо взрывчатки. Винтовка ставилась почти вертикально. В патронник загонялся боевой патрон и производился выстрел. Граната пролетала метров 200—250. Немцы читают послание: «Советским комендантом и начальником военного гарнизона Берлина назначен (24 апреля) генерал-полковник Н.Э. Берзарин. Приказы коменданта Вейдлинга, которого Гитлер поставил вместо эсэсовца Реймана, преступны. Никакие перестановки не спасут фашистских главарей. Солдаты и офицеры сдавайтесь. Вам гарантируется жизнь. Сопротивление бесполезно».

Следует отметить, что ружейные гранаты появились в русской армии в 1916 г. Их конструкцию разработал штабс-капитан В.А. Мгебров. Гранаты — предшественницы фаустпатронов — имели боевой заряд и простейший реактивный двигатель («ТМ», № 12 за 1995 г.). Своим длинным шомполом (диаметр 7,62 мм) граната Мгеброва вставлялась в ствол трехлинейки и выстреливалась. В полете шомпол служил и двигателем, и стабилизатором. Впервые же в истории России ружья, стреляющие 1— 3-фунтовыми (200 — 600 г) гранатами, упоминаются при осаде Нарвы в 1704 г. Эти ружья имели расширенную дульную часть, в которую закладывалась гранатка, и назывались ручными мортирками. При стрельбе мортирку упирали в грунт и придавали стволу нужное положение.

Бой на Моабитштрассе усиливается. Из подвалов, с чердаков — отовсюду бьют снайперы, летят фаустпатроны и рвутся с громом, выбрасывая черный дым. Несмотря на свистящие вокруг пули и осколки снарядов, жители города выбегают из подвалов к убитым лошадям, вырезают из них куски мяса и снова скрываются в своих убежищах. Гитлеровцы прекратили всякое снабжение населения, и оно вот уже неделю голодает.

К исходу дня 27 апреля наступающий (навстречу войскам 3-й уд. А) 9-й корпус генерала И.П. Рослого 5-й уд. А вышел в район станции метро «Вальштрассе» и завязал бои в центре Берлина. По личному распоряжению Гитлера были открыты шлюзы на реке Шпрее, и вода затопила тоннели метро на участке между Лейпцигерштрассе и Унтер ден Линден (Под липами). В них погибли тысячи берлинцев — мужчин, женщин, детей.

После тяжелых уличных боев в районе Моабита 150-я и 171-я стрелковые дивизии прорвались к набережной Фридриха на северном берегу Шпрее. За рекой громадой вставали здания правительственных учреждений Германии, рейхстаг. Гитлеровцы, отступая, не успели взорвать мост Мольтке (младшего). Он был заминирован и находился под прицельным огнем боевых групп эсэсовцев, специально подготовленных фаустников, опытных снайперов. Немцы обрушили на мост ураган огня, надеясь подорвать его. Как только стемнело, бойцы 1-го батальона 756-го полка подобрались под ураганным огнем к самому мосту, разобрали баррикаду и одним броском оказались на другом берегу Шпрее. Смяв фашистский заслон, захватили дом швейцарского посольства. На его верхнем этаже комбат С.А. Неустроев развернул свой НП. За 1-м переправились другие батальоны, орудия и танки. С утра 29 апреля завязался особенно тяжелый бой за здание министерства внутренних дел — «дом Гиммлера». Здесь засели самые отчаянные негодяи. Эсэсовцы знали — пощады не будет. Весь день и всю ночь шел штурм здания. По дому били прямой наводкой орудия, фугасные реактивные снаряды М-30, которые запускали из соседних зданий прямо с упаковочных рам. Действие реактивных фугасов (масса 72 кг) было ужасным — разрывы выбивали огромные проемы в капитальных стенах. Эти реактивные снаряды (тогда М-28) были разработаны в блокадном Ленинграде. Впервые их применили в июне 1942 г. в Старопановской операции. За огромную разрушительную силу, в 3 раза превосходящую действие М-13, оружие получило у бойцов кличку «иван-долбай». Пусковые установки для них в войсках называли «Рамами М-30», позже, ласково — «Ванюшами».

В воздухе кружили обгорелые листы бумаги, хлопьями летела сажа — это люди Гиммлера спешили сжечь архивы. Здание сотрясалось от взрывов, то в одном месте, то в другом возникали пожары. Стрелки и пулеметчики шаг за шагом, метр за метром, снизу вверх очищали дом от эсэсовцев. В бункер имперской канцелярии, находящейся на пересечении Лейпцигер и Вильгельм штрасс, приносят радиограмму Гитлеру: «Партизаны схватили Бенито Муссолини и его подругу Клоретту Петаччи (влюбилась в дуче в 12 лет) и повесили вниз головой». «Вельхе граузам!» (Какая жестокость!) — в ужасе восклицает фюрер. На самом деле, после допроса и суда над фашистом № 1 его любовнице предложили свободу, но она захотела разделить судьбу Бенито. По приговору суда Муссолини был расстрелян, а Петаччи сама бросилась под выстрелы правосудия. А уж повесили тела возмущенные толпы народа.

Это известие окончательно испортило хохцайт — лучшее время (свадьбу) фюрера с Евой Браун, настоявшей на браке перед уходом из жизни. Священник поздравляет новую семью великой Германии: «Ихь гратулирэ нойе дойче фамилие дэс гроссэн Дойчляндс» и «сматывает удочки» вместе со свидетелями Йозефом и Магдой Геббельс, Мартином Борманом и несколькими приближенными. К 4 ч утра 30 апреля, лишь только начали багроветь облака, «дом Гиммлера» был полностью очищен от гитлеровцев, а на позиции Королевской площади (Кенигплац), в глубине которой, защищенный зенитками, стоял рейхстаг, начали выходить и развертываться для атаки наши батальоны. Вот танкисты готовят к бою танк «Брестская крепость», у которого подорвана гусеница. Экипаж устанавливает новое звено, соединяя его осями, свернутыми из тонкой листовой стали (рис. 9,в). Механики давно признали удобство такого ремонта в полевых условиях. Для замены валов, втулок уже не требуется вытачивать детали, а достаточно свернуть из листа трубку и завести ее в посадочное отверстие (а. с. № 1673763,1991 г.). Там спираль раскручивается до плотной посадки в гнезде и приобретает жесткость сопрягаемых деталей.

К этому времени войска 5-й уд.А Берзарина, овладев кварталами за Александер плац, пробиваются к Унтер ден Линден. Улица посольств начинается от Бранденбургских ворот. Бранденбург (Неприступная крепость) для немцев — символ нерушимости рейха. Ключ от Бранденбургских ворот, взятый русскими 9 октября 1760 г., после штурма Берлина дивизией Панина, хранится в Казанском соборе Петербурга. Увеличенная копия этого ключа была сброшена на парашюте 16 апреля 1945 г. бойцам 8-й гв.А, штурмовавшим Зеловские высоты, лучшим летчиком-штурмовиком, Героем Советского Союза Н.И. Белавиным. В обращении авиаторов говорилось: «Дорогие друзья гвардейцы! Уже близок час нашей победы! К победе, вперед! Шлем вам ключ от Берлинских ворот!».

При взятии прилегающих к Александерплац зданий наиболее тяжелым очагом сопротивления оказалось здание имперского полицайпрезидиума, с огромной тюрьмой внутри. Штурм начался 28 апреля и продолжался всю ночь. Пятиэтажная тюрьма имела мощные кирпичные стены, а в них — ни подъездов, ни ворот. Небольшие и узкие оконца каждой камеры использовались эсэсовцами как амбразуры. Огонь по ним можно было вести только со двора полицайпрезидиума. Когда к тюрьме прорвалась одна из штурмовых групп, в ход пошли взрывчатка и трофейные фаустпатроны. Стена оказалась неподатливой. Решено было перебросить на крышу тюрьмы «крылатую пехоту». Ее элитарное подразделение, возглавляемое лейтенантом К.С. Горбенко, было вооружено парапланами новейшей конструкции (патент РФ № 2021166, 1994 г.). Добавим, и простейшей — всего 8 стропов на купол, тогда как в серийно выпускаемых — 50 — 60. Изобретатель — лейтенант К.С. Горбенко еще раз напоминает воинам-спортсменам их устройство: «К лонжерону 1 в виде полой трубки прикреплены края купола 2 (рис. 10,а). С его внутренней поверхности равномерно попарно расположены латы 3 — формообразующие элементы. Оптимальное число пар — семь; одна — центральная и по три в обе стороны от нее. Непосредственно возле лат за петли закреплены стропы 4, их другие концы закреплены в отверстиях рычагов 5. Смелее, ребята. Управление куполом простейшее: обе руки, как в кресле, лежат на рычагах, а кисти держат их рукоятки». Далее Костантин Сергеевич подчеркивает надежность паракрыла: невозможны ни реверс на старте, ни штопор при посадке — «будет плавно парашютировать»; угол атаки не превышает 10". Все довольны. Десант намечен на час ночи. По совету командира 266-й дивизии, генерала С.М. Фомиченко, решили наполнить куполы газом, дать небольшую подъемную силу. «Обратитесь в батальон химзащиты. Они помогут». Химики советуют наполнять водородом: «Проще получить. Опусти в воду кусок алюминия и собирай газ». — «Так уж и собирай?», — сомневаются десантники, думая, что химики шутят. Нет, не шутят. Приносят аппарат Киппа, в котором раньше гнали водород из растворов серной или соляной кислот действием на них цинка. Теперь вместо кислот — вода, а вместо цинка — алюминий. Открывают краник, подносят зажигалку, и пламя вспыхнуло: да, это водород. «Да-а-а... Алюминий-то — не простой, а золотой». «Иридиевый, еще лучше платиновый. Платина дешевле», — полураскрывают секрет химики.

В полночь на крыше соседнего с полицаями дома десантники «пробуют крылья». Наполняют из Киппа куполы. Те плавно подымаются над головами, слегка натягивают стропы. Всего девять человек готовятся к полету на тюрьму. Ищут ветер.. Очень трудно его поймать: то порыв, то меняет направление, то совсем стихает. В городе гарь, пожары, тяжело дышать. Решили планировать с более высокой точки — с берлинской ратуши, уже нашей. Она находится поблизости, в ста метрах через железную дорогу. Десантники вместе с группой прикрытия и химиками перебираются туда и поднимаются на колокольную площадку. Стартовать приходится по одному — очень мало места. Химики работают слаженно. Первый параплан с К.С.Горбенко пошел, сразу же второй, за ним третий... Бесшумно уходят в багровую тьму облака-купола. В полете выстраиваются гуськом, как стайка лебедей. Вот они уже едва различимы. На чердаке тюрьмы завязался бой. Снизу вдарили наши штурмовые группы. Вскоре бой разгорелся на всех этажах тюрьмы. К 15 ч 29 апреля наши части полностью овладели полицайпрезидиумом, разгромив его двухтысячный гарнизон.

30 апреля — переломный день. Перед штурмующими частями 3-й уд.А за Кенингплац высится серое, закопченное, с белыми выбоинами и разрушениями здание рейхстага. Огромными буквами на фронтоне парадного входа: DEM DEUTSCHEN VOLKE - НЕМЕЦКОМУ НАРОДУ, надпись от архитектора Леви.

В 13 ч 50 мин. в дневнике секретаря фюрера и начальника партийной канцелярии М.Бормана появляются три краткие строчки: 30.4.1945/ Adolf Hitler \/ Eva H)..

В 14 ч 25 мин солдаты батальонов ст. лейтенанта К.Я. Самсонова, капитана С.А. Неустроева и майора В.И. Давыдова ворвались в рейхстаг, первой через парадный подъезд — рота И.Сьянова и знаменосцы. В 14 ч 30 мин с правой стороны главного входа уже алело красное знамя, прикрепленное к колонне. Об этом сразу доложили командующему 3-й уд.А В.И. Кузнецову, потом по рации — маршалу Г.К. Жукову. Семь часов яростного боя прошло, пока сквозь огонь, дым, стрельбу знаменосцы добрались до вершины купола. «Там была небольшая площадка. Вокруг нее столбики утыканы, торчат на полметра, и посредине столбик такой же. «Давай, Мелитон, к этому столбику знамя привяжем». Пригляделись, а это металлические трубки, и диаметр у них такой же, как у древка. Просунули мы древко в центральную трубку... Легли на площадку, отдыхаем. Между нами знамя полощется на ветру. Артиллерийская канонада над агонизирующим городом не прекращается. Здесь, на высоте, особенно чувствуется, как дрожит земля. И вдруг различаю тихий, очень тихий голос Егорова: «Слышь, Мелитон, а ведь одолели мы их, а?».

«Командующий 3-й ударной армией генерал В.И. Кузнецов, лично наблюдавший за историческим боем взятия рейхстага, немедленно позвонил мне на командный пункт и радостно сообщил: «На рейхстаге — Красное знамя! Ура, товарищ маршал!».

В полдень 1 мая девятка Яков, ведомая командиром 1-го гв. истребительного авиаполка, майором И.А. Малиновским, пронеслась на бреющем полете над агонизирующей «Цитаделью». С командирской машины были сброшены на парашютах два красных полотнища. На одном из них ярко выделялся лозунг: «Да здравствует 1 Мая!», на другом слова: «Победа» и—на обратной стороне — «Слава советским воинам, водрузившим Знамя Победы над Берлином!». Развеваясь в сером дымном небе, полотнища медленно опускались на площадь у горящего рейхстага. Их с радостью приняли воины «хозяйства» полковника М.Ф. Зинченко. «Давайте, ребята, поднимем их выше рейхстага. Парапланами (рис. 10,6). Чтобы все видели конец фашизма!».

Десять дней солдаты не спали. Напряжение было так велико, что воины едва держались на ногах. Поэтому в полдень 2 мая, когда стало тихо, все быстро уснули. Спали все, солдаты и командиры. Тут же возле рейхстага. Спали вповалку. Прямо на площади. Голова к голове. Без просыпу. Два дня! «Богатыри — не вы!».

Рис. Михаила ШМИТОВА


на предыдущую страницу к началу этой страницына следующую страницу