Техника-молодежи №2 2000 г
 
 
ГЛАВНАЯ
СОДЕРЖАНИЕ
ВПЕРЕД
НАЗАД

Каждый раз, когда я поднимался на борт этого теплохода, меня охватывало какое-то странное чувство. Как будто на машине времени я перемещался в свое детство, когда с матерью приходил в порт встречать пароход отца, возвращавшегося с моря. На мне была бескозырка, на муаровой ленте которой, золотым тиснением, было выведено «МОРЯК». Капитан, Игорь Львович Пустовалов, подхватывал меня на руки и нес на мостик. И там, у штурвала, под смех и одобрительные возгласы моряков, я исполнял популярную тогда песню: «.... кипитан, кипитан, улыбнитесь...». Многое с тех пор изменилось, нет того парохода, ушли люди...

ПОСЛЕДНИЙ РЕЙС?


Перед выходом в
рейс
Проход из вестибюля
в банкетный зал

Поэтому каждое соприкосновение с техникой тех далеких лет всегда навевает воспоминания о многом пережитом. Говорят, что в США, по Миссисипи, до сих пор плавает пароход, на котором в молодости служил великий американский писатель Марк Твен, он же Сэмюэл Ленгхорн Клеменс, кто из нас в детстве не читал о «Приключениях Тома Сойера»? И от желающих прокатиться на этом пароходе нет отбоя. Наш теплоход «Максим Горький» значительно моложе того парохода, но и он знаменит по своему.

«Максим Горький» был построен в Нижнем Новгороде в 1934 г. на судоверфи «Красное Сормово», по указанию И.В. Сталина, и в течение многих лет был правительственной яхтой. Не стоит перечислять всех, кто ступал на ее палубы, список получится очень внушительный. Судно было спроектировано для эксплуатации на внутренних водных путях. Но чтобы яснее представить себе,как создавался этот теплоход, окунемся немного в эпоху первых пятилеток. Научный и промышленный потенциал Советского Союза набирал силу. Было принято решение приступить к проектированию и постройке первой серии больших подводных лодок (ПЛ), сегодня они известны, как лодки серии «Д» (или 1 -и серии).
«Фонарь»
вестибюля.
<<-
Разъездной катер
->>

В 1926 — 1927 гг. для них был создан дизель марки 42-Б-6, мощностью 1100 л.с. Длительные испытания подтвердили высокую надежность и экономичность таких дизелей, они были запущены в серийное производство, и их стали устанавливать, по два, на ПЛ. Первая лодка первой серии «Декабрист» была спущена на воду 3 ноября 1928 г. На ходовые испытания она вышла в мае 1930 г., а с 11 октября по 14 ноября следующего года вступили встрой однотипные «Народоволец» и «Красногвардеец». Вначале предполагалось, что театром военных действий ПЛ будут Балтийское и Черное моря, но высокая надежность отечественной техники, хорошая мореходность лодок показали, что им не страшны и более суровые условия плавания. Поэтому несколько из них было решено по только что открытому Беломорско-Балтийскому каналу перегнать в Заполярье и положить тем самым начало созданию Северного флота.

На переходе, 21 июля 1933 г., в Сорокской губе Белого моря на борт «Декабриста» поднялись наши выдающиеся государственные деятели — И.В. Сталин, С.М. Киров и К.Е. Ворошилов. Они с особым пристрастием осмотрели лодку, прошли от первого отсека до последнего и остались удовлетворены увиденным. Вполне возможно, что именно тогда у И. В. Сталина и сопровождавших его членов правительства и возникла идея построить правительственный теплоход с энергетической установкой «Декабриста». Действительно, большая мощность, надежность, экономичность, все это не пустые слова. Да и сравнивая характеристики «М.Горького» и «Декабриста», невольно задаешься вопросом: а не послужила ли лодка прототипом для него? Ведь теплоход был построен менее чем за год. А начинать проект с чистого листа — значит, потерять много времени, но именно этого и нельзя было допустить. Что ж, сравним: длина теплохода 68 м, ПЛ — 76,6 м; ширина — соответственно 7,6 м и 6,4 м. Здесь, как видим, проектанты немного отступили от прототипа, но эти отступления ничтожны и сделаны исключительно в пользу повышения комфорта. Осадка «М.Горького» 1,7 м, у «Декабриста» — 3,76 м, следовательно, водоизмещение теплохода приблизительно вдвое меньше. Это, в свою очередь, позволило обеспечить «М.Горькому» прекрасные ходовые качества — 16,2 узла, «Декабрист» в надводном положении ходил 14,6 узла. Словом, наши корабелы по тем временам создали очень хорошее судно, даже самые современные пассажирские теплоходы значительно уступают в скорости хода «М.Горькому».
А вот и сам вестибюль
под «фонарем»
Солярий — любимое
место отдыхающих

Позаботились судостроители и о внутренней отделке теплохода, здесь было использовано более 30 пород ценнейшей древесины, сохранились и фотографии рисунков, украшавших переборки общественных помещений судна. Здесь и уютный музыкальный салон с мягкой мебелью, в нем пианино, прекрасно вписывающееся в интерьер, думаю, многие хотели бы на нем помузицировать, инструмент-то старинный. Прекрасный банкетный салон расположен в носовой части судна на второй палубе, на корме — свободный солярий. Для высокого начальства — литерные каюты: на второй палубе литер «А», а на главной — «Б» и «В». В них спальня, кабинет, санузел.

Спальни имеют две койки и старинное трюмо, сейчас не встретишь на пассажирских судах такое убранство, ну а примечательность санузла — большая просторная ванна. Видимо, низкорослый Климент Ефремович мог в ней не только помыться, но и поплавать, впрочем, Иосиф Виссарионович тоже не отличался могучим телосложением...

Да, «М.Горький» — это памятник, он требует реставрационного ремонта. Однако, как обычно бывает в наше время, денег на такой ремонт нет, о спонсорах — тоже ничего неслышно. Сохраним ли мы столь уникальную реликвию для потомства? Вопрос остается открытым.

2 сентября 1999 г. у причала № 1 Московского речного вокзала «Максим Горький» готовился в последний рейс, я же инспектировал этот выход. Литер «В» пассажирам не предлагался, там в одном месте слегка просел потолок, и поэтому я, как должностное лицо, с согласия капитана Бориса Илларионовича Ивлюшкина, решил расположиться там. Пока судно было у причала, наслаждался комфортом старинной каюты, как бы окунулся в атмосферу той далекой эпохи...

Постепенно собирались пассажиры, заработал ресторан, послышался смех, разговоры... Люди настроены хорошо провести время, и экипаж для них расстарается ... А у нас свои хлопоты, перед самым отходом вышел из строя машинный телеграф. Теперь отдавать команды в машинное отделение придется так же, как это делалось во времена Марка Твена. Ну да нашему капитану мастерства не занимать. Отошли отлично. Дали полный ход, судно бойко поплыло по глади водохранилища, меня всегда поражали великолепная настройка и установка его дизелей. Казалось бы, должна появиться вибрация корпуса, повышенный уровень шума... Но ничего этого нет. В каюте тихо, через открытое окно слышен лишь шум рассекаемой корпусом воды. Унижаемые ныне наши старики — умели же они строить суда!
Пока этот исторический теплоход, поистине антиквариат, еще в руках умелых судоводителей (слева направо): капитана Бориса Ивлюшкина, капитана Дирекции безопасности судоходства и охраны объектов Московского речного пароходства, автора статьи Виктора Шитарева и старшего помощника капитана Евгения Корякина.

И в этой связи с особой болью начинаешь ощущать, а рейс-то последний... Прогулка закончилась, довольные пассажиры сходят на берег. Ну а для «Максима Горького» наступили дни, когда окончательно решается его судьба. Правда, через несколько дней, 6 сентября 1999 г., он отбыл на торговые торжества в Нижний Новгород. Но это уже для представительства, как «свадебный генерал». А после праздников судно поставили на слип того же Нижнего Новгорода, чтобы оценить степень его износа. Специалисты пришли к выводу, что корпус и машины судна находятся в хорошем состоянии. И сочли за благо — отремонтировать его. Слава богу — не отправили на металлолом. Конечно, 65 лет — возраст очень преклонный для любого корабля. Но ведь — это наша история, с которой надо обращаться бережно.

А потому принятое решение меня мало успокаивает. Нужен не простой, а реставрационный ремонт. Нужно восстановить историческую правительственную яхту в том виде, в каком она была. Меня терзают воспоминания: на моих глазах резали ледокол «Ермак», творение С.О. Макарова. Он стоял у причала, прибранный, красивый. На лобовой переборке ходовой рубки начищенная до блеска копия ордена Ленина. И я думал — неужели у кого-нибудь поднимется рука срезать этот орден? Но у мурманских властей так и не нашлось денег на открытие музея на борту легендарного ледокола. В общем, орден сорвали. А у «Максима Горького» ордена нет, но еще и еще готов повторить — это, как и «Ермак», знаменательный памятник отечественной судостроительной промышленности.

Фото Юрия ЕГОРОВА



Виктор
ШИТАРЕВ,
капитан
дальнего плавания

на предыдущую страницу к началу этой страницына следующую страницу